Пластырь,поцелуй и союзники

121 8 0
                                    


В сказках, любовных романах в мягкой обложке и романтических комедиях смазливые главные герои, как правило, подхватывают героинь под руки за секунду до падения от какой бы то ни было причины, а после того, как все образуется, прижимают к себе и спрашивают, все ли в порядке, участливо заглядывая в глаза. Томные героини же благодарят их за спасение, льнут к могучей груди и иногда всхлипывают от переизбытка счастья. Иногда вслед за этим следует страстный поцелуй, но это необязательно. Но Егор Алексеевич при всей своей смазливости явно не был моим романтическим героем, а я томной принцессой не была тем более, именно поэтому все происходило немного не так — а о поцелуях речи не шло и подавно.

 — Блять, — сдавленно взвизгнула я из-под кучи книг, которые упали на меня. 

— Блять! — очень даже эмоционально воскликнул Егор Алексеевич, бросаясь ко мне,

 — Макарова, твою мать! 

Я попыталась встать на ноги, но лодыжку пронзила острая боль. По виску потекло что-то теплое, неприятно липкое, кожу слегка саднило. Я подняла руку, чтобы стереть кровь, поморщившись от боли. Меня только что пришибло по голове блядским учебником по археологии. Было бы смешно, если бы не так больно. 

Соколов тем временем уже добрался до меня, отшвырнув в сторону несколько лежащих прямо на мне книг. Его лицо выражало крайнюю степень беспокойства — а при виде крови, стекающей по моей щеке, на нем отразился натуральный страх.

 — Макарова! — взвыл Егор, наклоняясь надо мной и убирая волосы с моего лица, 

— Макарова, ты как, нормально? Кажется, это просто ссадина, уголком книги разрезало кожу, ничего страшного. Макарова, я же просил остановиться и подождать, ну что ты уперлась, как маленькая? Вставай, отведу тебя в медпункт, там тебя осмотрят. Макарова, ну что ты молчишь? 

— Макарова, Макарова... — поморщилась я, поднимаясь на локтях

 — да все в порядке, просто упала, а книгой сверху только немного пришибло. Не переживайте.

 — Затылком не ударилась? — Соколов облегченно вздохнул, подавая мне салфетку, которой я зажала ссадину, — Вот и хорошо, а то шмякнулась ты капитально. Вставай, быстро в медпункт. Я занесу книги. 

— Я бы с удовольствием, — хмыкнула я, садясь прямо на ступеньке, — Да только не могу. Лицо Соколова посерело.

основы археологических раскопокWhere stories live. Discover now