Меня зовут Эйми Батерфлай. Да, я бабочка, такая жирная ночная бабочка, которая со всей силы врезается в ночной фонарь и продолжает биться в его стекло пока не наступит утро и она не умрет. "Милые пухлые щеки" и "мягенькие ляшечки" - жир. Я это знаю, и не нужно меня утешать. Еда делает меня счастливой. Или делала когда-то... Мои мысли постоянно забиты тем, что бы поесть. Не раз начинавшиеся диеты заканчивались провалом, но сейчас я хочу начать жить, ведь этого я не делала уже 17 лет. Думаю, стоит попробовать, вдруг понравится.
Я втискиваю свои толстые ноги в джинсы скинни, которые обтягивают каждую складку моего жира и собираю засаленные светлые волосы в хвост на макушке. "Все так ходят" - думаю я. И в самом деле, зачем стараться выгдядеть хорошо, если этого все равно не получится из-за обвисших боков, целлюлита и огромного живота? В моих светло-серых глазах давно погасла искра. А была ли она там когда-то? Не знаю. Мой завтрак - яичница, тосты с арахисовым маслом и мысль о том, что начну худеть с понедельника. Дорога в школу по давно известному маршруту, несколько часов бессмысленной болтовни учителей, сопровождавшиеся унижением моей персоны, потом ланч и бургер, а затем еще несколько часов оскорблений и снова дорога домой. Изо дня в день одно и то же. Возвращение домой безразличной ко всему мамы, плотный ужин, сопровождавшийся молчанием и сон. Утро, завтрак, уроки, оскорбления, ланч, уроки, оскорбения, дом, ужин, молчание, сон. Утро, завтрак, уроки, оскорбления... Хватит!
Начало очередного дня. Вместо жирного завтрака - чашка кофе, вместо музыки в наушниках по дороге в школу - урчание в животе. Голод заглушает унижения, я не обращаю на них внимание. Каждой клеточкой своего тела я чувствую, как я становлюсь худее, и пускай другие пока этого не видят, скоро они поймут, как сильно ошибались на мой счет.
На ланч сегодня не будет бургера. Сегодня у меня на обед знания. Я поднялась в библиотеку и взяла книгу Джека Лондона. Парк недалеко от школы был слишком полон людей, но мой голод делал меня увереннее. Я сидела на скамейке, книга польностью поглотила мое сознание, я не слышала и не хотела слушать ничего вокруг. Однако кое-что все-таки привлекло мое внимание:
-Эй, толстуха Ми, чего не жрешь? Мамочка забыла про тебя и не дала денег на сэндвич? Так лови, угощаю! - И Энди кинул в меня уже кем-то покусанный бутерброд.
Энди не всегда был таким подонком. Когда нам было по десять лет и мы были соседями, то довольно часто общались и он постоянно утешал меня, когда видел мои слезы из-за оскорблений других ребят. Он был мне как брат, а года три назад уподобился тем гадам, которые всегда травили меня и делали мне больно. Стоит сказать, что не только я становилась объектом их унижений. Некоторые парни и девушки, которые по тем или иным причинам были изгоями, вынуждены были терпеть постоянные выходки этой компании задир, в число которых входил и Энди. Если бы мы объединились, то мы бы смогли дать отпор этим ублюдкам, но дело в том, что никто из нас не привык доверять людям, поэтому каждому приходиться нести свой тяжкий груз в одиночку.
-Твой отец бы не одобрил этого, Эд. Спасибо за угощение, но я вынуждена отказаться. - говорю я и покидаю школьный двор под дикий смех этих гадов. Не хочу больше видеть сегодня эту компанию, поэтому иду домой, вследствии чего пропускаю урок биологии Миссис Найтли.
Дома меня ждал ужин, который состоял из голода, чашки кофе и нескольких глав книги.
Я привела себя в порядок и, ложась спать, поняла, что вот он, шаг к новой жизни. Я посмотрела в окно и мысленно попрощалась с тем грузом прошлого, который несла на себе столько лет.
