Затхлый запах алкоголя и сигарет парит в пространстве крошечной комнаты, заставляя уткнуться в рукав ночной сорочки. Жалкое подобие кровати с непонятной кучей белья стоит у стены, на которой уже давно слезла штукатурка. Маленькая девочка неподвижно сидит в одном из углов коморки, закрывшись от всего этого хаоса изодранными коленями. Повсюду слышатся пьяный говор и томные стоны, превращаясь в сплошную симфонию безобразия. В противоположном уголке от неё стоит облезшая от синей краски деревянная тумба, что служит и комодом, и обеденным столом. На её старой столешнице жестяная миска с непонятным содержанием, при виде которого, каждый раз болезненно сводит желудок и чувство отвращения подступает к горлу.
Малышка уже не помнит, сколько она провела здесь после того, как родные родители продали её в публичный дом, нагло поклявшись вернуться за ней. "Обещанного три года ждут" - так ведь говорят? Мамочка и папочка выручили достаточно денежек со сдачи собственной дочери в аренду и их словно след простыл. Эти двое не спрашивали о ней, не интересовались ею, не знали, что с ней, что уж говорить о чувстве стыда и собственного омерзения за проделанное преступление.
Девочка не понимала и, наверное, никогда не сможет понять, что сподвигдо, казалось бы, самых дорогих априори людей пойти на такое ради пьянства, никотинового угара и собственной наживы. Разве она была плохим ребёнком? Разве даже самый несносный и неуправляемый ребёнок достоин такой участи? Дитя не знала ответы на эти вопросы, как и не знала, что с ней будет. Останется ли она здесь? Будет ли такой, как и все живущие здесь девушки? Или же лже-родители почувствуют вину за содеянное и вернутся за ней, падая в ноги и умоляя простить их?
Но даже если второй исход реален, даже если сейчас же распахнется дверь и в комнату ворвутся мать с отцом, заберут её, поклявшись любить до конца своих дней, она не поверит. Она их не простит. Однако, Матушка-судьба слышит и видит каждого. Девочка не ожидала, что самое тайное и самое сокровенное её желание вдруг обернётся явью.
Сквозь аншлаг разврата послышались шаги и лепетание хозяйки заведения. Её звали Миссис Гринн. В памяти ребёнка - это грузная и объёмная женщина преклонных лет с рыжей, как янтарь, капной кудрявых волос и веснушками по всему обвисшему лицу. Её зелёные глаза поблекли, но капля жизни в них всё же осталась. Она всегда любила роскошь и одевалась в длинные платья, увешивала себя золотом и бриллиантами, пытаясь скрыть последствия своих лет. Свою рыжину она собирала в бесформенный пучок, закалывая брошью в виде пчелы, инкрустированную агатами и феонитами. По характеру она была вспыльчива. Не проходило и дня без её недовольных криков и ругани, лишь с некоторыми из своих куртизанок она была нежной и льстивой. Скорее всего с теми, что приносили больший доход и имели много клиентов. Именно на вырученные от толстеньких дядей с толстыми кошельками средства содержалось это здание со всеми живущими в нём. Миссис Гринн была учтива и с кормильцами сего борделя, завсегдатаями этого места, ведь именно от них зависело, обзаведётся она новым платьем, подходящим под цвет её глаз или же останется ни с чем.
