Враги

Глава 1.

Сегодня весь день шёл дождь. Маленькому фенеку было нечем заняться на работе отца, если то можно было назвать работой.
Отойдя от окна, в которое бились капельки воды, Рафаэль вздохнул и вышел из комнатки в коридор, что вёл прямо к заключённым. Возможно, отец устраивал очередной опрос какому-нибудь солдату, хотя, скорее всего, это были лишь пытки для веселья.
Малыш подошёл к одной из камер и сунул мордочку через решетку, вглядываясь в темноту и пытаясь разглядеть кто же тут сидит.
— Ты бы так не делал, а то за нос укушу. — прохрипел голос совсем рядом, от чего Рафи невольно вздрогнул. В темноте были отчетливо видны клыки и глаза Русского, что был доберманом.
Маленький фашист фыркнул и сложил руки на груди.
— Ты мне ничего не сделаешь, одно мое слово и тебе глотку перегрызут. — сразу же начал отстаивать своё положение лисёнок.
— Разве на тебя хоть кто-то обращает внимание? Не думаю, что тебя бы отпустили гулять среди камер, будь ты так важен. — пес хищно улыбнулся. Эту улыбку озарила молния, чей свет проник через маленькое окошко камеры. Раздался гром, отчего Рафаэлю стало ещё страшнее.
Маленький фашист тут же убежал обратно в комнатку, было странно, он уже видел этого заключённого, но никогда не общался с ним. Тот задел чувства Рафи, который даже выучил русский, чтобы общаться хотя бы с военнопленными.
Вздохнув, лис лёг на кроватку, что стояла тут специально для охраны и уснул.

На следующий день Рафи все же решил пойти к тому странному заключённому. Застав его при свете дня, фенек уже не так боялся, только ухмыльнулся несчастному виду пса.
— Я Рафаэль. — представился малыш, с интересом разглядывая камеру. Все выглядело так грустно, серо и уныло, хотелось бы добавить красок, мальчик даже начал размышлять как было бы лучше, но его отвлёк собеседник.
— Иван. Приятно познакомиться. — сказал русский, в свою очередь с интересом разглядывая мальца.
— Правда? — Рафаэль удивленно посмотрел на Ваню.
— Нет. — сказал заключённый и тут же рассмеялся.
Рафи счёл это действие грубым и фыркнул.
— Ну и зря. Тебе тут гнить одному до скончания лет, а я тебе буду помогать умирать с каждым днём. — глазки мальчика хищно сверкнули, он облизнулся и тут же скрылся с глаз долой, оставив Ивана в полном недоумении.

После обеда Рафаэль опять пришёл к своему новому «другу», но в камере его не застал. Вывели над ним поиздеваться, а малыш не хотел отставать. Зайдя в пыточную, где был только один Ваня, Рафи подошёл к нему и ухмыльнулся. Весь побитый и привязанный к стулу, перед чистеньким и пушистым лисёнком, русский казался жалкой псиной.
Проведя лапкой по щеке добермана, Рафи с наигранным сочувствием посмотрел в его глаза.
— Больно? — спросил фашист, ненавязчиво присаживаясь на коленки к Ване, явно намекая на что-то. Лапка прошлась по шее и опустилась к груди овчарки.
— Сколько ты у нас? Несколько месяцев? Год? А ведь война началась три года назад. — лапка нежно опускалась все ниже и ниже, пока русский спокойно смотрел на малыша, что домогался к нему. — Сколько у тебя уже не было «этого»? — спросил Рафаэль, поглаживая член Ивана сквозь брюки, который уже более чем нащупывался. Рафи потерся мордочкой о шею добермана, издавая стон, будто случайно и присаживаясь прямо на пах Вани, пытаясь всеми способами того возбудить. Почувствовав, что в него что-то упирается, малыш резко спрыгнул, посмотрев на бугорок и, недолго думая, тут же куснул его. Солдат застонал, дёрнувшись и тихо шипя.
— Тебя разве не учили, что посторонние предметы нельзя брать в рот?! — возмутился русский, в ответ получая лишь смех и обзывательство.
— Грязная шавка. — четко сказал Рафаэль и развернулся, хвостом проводя прямо по носу Вани и уходя из комнаты. Его шерстка была нежной, но она не смогла усмирить пыл бойца, которого так оскорбили.
В голове уже давно был план, но теперь желание выйти и надавать кое-кому оплеухи казалось ещё больше.