* * *

46 9 2

Дорогу в посёлок и лавку Мальда Нарт отыскал без труда - память опытного путешественника не изменила ему, несмотря на тогдашнюю горячку. На дверях лавки висел замок.

Видимо, уже много времени, догадался он с опозданием. Дни пока ещё длинные, но тащусь я со скоростью королевской улитки, и выгляжу не лучше. Придётся, видимо, в лесу ночевать - но что ж, не впервой. Он ещё немного постоял у двери, потом собрался уже было уйти, как вдруг его кто-то окликнул.

Нарт обернулся. Рядом с лавкой, выходящей дверью прямо на улицу, тянулся невысокий забор, и у калитки, дорожка от которой вела к дому, стоял Мальд. Нарт узнал его - в то утро, когда он совершил кражу, он некоторое время следил за торговцем из тени, ожидая, пока тот куда-нибудь отлучится от прилавка. Мальд, видимо, его тоже узнал - хотя они до сих пор не встречались, о таинственном воре ему наверняка рассказали. Теперь он смотрел обеспокоенно, с неприязнью. Ещё раз прокричал какую-то фразу на ломаном астрийском, Нарт помотал головой - не понимаю. Ступил навстречу торговцу - тот слегка отпрянул назад, зайдя обратно в свой двор - сложил руки на груди крест-накрест, поклонился. Проговорил на ардхском, старательно растягивая слова:

- Солнца тебе, Мальд. Ты не видел меня, но, наверно, знаешь, кто я.

Торговец явно удивился, услышав от подозрительного, бродяжье-болезненного вида северянина родную речь. Ардхский язык Нарт выучил в Моэльё, главной столице Канны, где прожил несколько месяцев в ардхском квартале. При всей беспросветной тяжести его тогдашних скитаний, он запомнил южан как радушных, щедрых людей, всегда готовых помочь, и теперь надеялся, что впечатление это не обманчивое.

Мальд, прищурившись, посмотрел на него уже немного дружелюбнее. Ответил, с явным удовольствием переходя на родной язык:

- И тебе солнца. Да, я слышал о тебе от защитников. Зачем ты пришёл?

Нарт откашлялся, помедлил немного. Он плохо умел договариваться, а просить и извиняться не умел совсем - обычно не приходилось. Но всё же он собрался и, глядя Мальду в лицо, сказал:

- Это я украл у тебя тогда. Не со зла, не корысти ради - деваться было некуда. Хочу отработать, если позволишь.

Он надеялся на лучшее, но всё же был полностью готов к презрительному отказу. Или даже к тому, что торговец позовёт людей, чтобы прогнать его подальше - и снова придётся спасаться. Но то, что произошло тем вечером, превзошло все его самые отчаянные надежды. Они поговорили ещё немного у калитки - Мальд спрашивал, откуда он пришёл, где выучил их язык, и Нарт, непривычный к откровениям, всё же рассказал о себе, стараясь не вдаваться в подробности. Услышав, что его народ убили квинны, а сам он с тех пор путешествует по свету, нигде не бывая дома, южанин до того проникся историей, что, казалось, чуть не заплакал. А когда Нарт сказал, что только сегодня вышел из госпиталя, где провёл всё лето, и теперь ему некуда идти, Мальд пригласил его во двор, усадил за стол в беседке в саду, а сам скрылся в доме. Вскоре он вернулся, неся медный поднос с чайником, стаканами и горкой лепёшек. Всё это он расставил перед гостем на столе, налил им обоим чаю и они проговорили до самой темноты. Мальду было интересно, где побывал Нарт, что он видел, как живут ардхи в квиннской столице, правда ли, что он умеет обращаться в тень и многое другое. А потом предложил остановиться у него. В пристройке у амбара, сказал он, довольно много места - конечно, там прибраться надо, но мышей нет, стены целые, крепкие, и крыша не протекает.

- А чем тебе заняться, мы придумаем, - сказал он. - Если никакой работы не гнушаешься, то у нас в посёлке всегда дело найдётся.

В тот вечер, лёжа на набитом соломой тюфяке, под старым лоскутным одеялом, Нарт долго не мог заснуть. Он думал в который уже раз о том, какие всё-таки люди непохожие друг на друга. Одни истребили целую страну ради забавы - другие выходили его, спасли от верной смерти. Одни шарахались, как от заразы, хотя он ничего им не сделал плохого - другие простили его преступление, дали кров и еду, просто поверив на слово. Одни вредят, не будучи обиженными - просто потому, что могут, другие помогают, ничего не требуя взамен - тоже просто потому, что могут. И ведь так всё устроено, что и те, и другие могут и то, и другое, но склоняются к чему-то одному - и этом потом управляет всей их жизнью. А иногда и жизнью других.

Он уснул, успев перед сном подумать об Эрлен. А на следующий же день, рано утром, Мальд разбудил его стуком в дверь, и сказал, что есть работа. Покупатель, владелец конного двора, как раз сегодня пожаловался, что один из его помощников удрал в город - нашёл там себе место в какой-то конторе. Работа не самая приятная, конечно, но человек он хороший и кони у него - красавцы, загляденье, во всей Астривии таких нет. Готов взять нового человека прямо сегодня.

Нарт согласился. Животных и птиц он любил намного больше, чем людей, они никогда не причиняли ему вреда. И лошади казались ему почти всегда милее наездников.

Так жизнь, ещё недавно казавшаяся сплошным туманом, понемногу начала приобретать какие-то очертания.

Защитник рубежаПрочитайте эту историю БЕСПЛАТНО!