2

1.9K 108 1

  Уже час Хару куда-то вели. За всё время ему никто ничего не сказал. В душе всё просто изнывало от боли: он жалел, что ушёл; что оставил родителей; что теперь обязан спать с человеком, к которому ничего не испытывает. Нанасэ раньше не то, что в постель к себе никого не пускал, он даже ни с кем не целовался. Его тело было абсолютно чистым, несмотря на его восемнадцать лет. А теперь какой-то парень собирался использовать его, когда ему только вздумается. В один маленький миг вся его жизнь была уничтожена.

Неожиданно перед его взором предстал огромный дворец с большими окнами, невероятным садом и слугами, что заполнили, как казалось, всю территорию. Харуку сразу же окружили несколько из них и мгновенно повели быстрым шагом внутрь здания. После нескольких минут скитаний по коридорам его ввели в роскошные покои, в конце которых виднелись шёлковые простыни на мягких одеялах и украшенные разнообразнейшими подушками. На этом ложе лежал тот самый красноволосый парень. Всё помещение было пропитано его резким, смолисто-горьковатым, но таким освежающим, запахом. Нанасэ снова окунулся в него, забывая всё, что его окружает. Внизу живота сладко потянуло, а на губах зарождался незваный стон. Из волны подступивших желаний его вывел мягкий с небольшой хрипотцой голос:

– Боже, да снимите же с него эти оковы. Весь вид же портят, – взгляд красных глаз был направлен на Хару и медленно перемещался, рассматривая купленный товар. Вдруг Нанасэ почувствовал, как руки и ноги полегчали, а противный лязг железа быстро скрылся за дверьми. Он остался наедине с сидящим впереди альфой. – Подойди поближе.

Брюнет старался сохранять спокойствие, ничем не выдавая свой страх или волнение, и невозмутимой походкой направился к своему, как бы ни хотелось это отрицать, хозяину. Тот резко одёрнул его, заставляя сесть рядом. Его руки моментально опустились на тело Харуки, властно и по-хозяйски проводя сначала по груди, перемещаясь на бока, а потом на бедра. Сердце начало отбивать бешеные ритмы, а этот запах проникал всё сильнее, уничтожая все мысли в голове.

– Ты хорошо пахнешь. Никогда не встречал такого идеального запаха, – язык альфы скользнул по шее Хару. – Как тебя зовут?

– Харука Нанасэ, – он пытался собрать внутри всё своё хладнокровие, ни за что не выдавая чувств, но ощущал, как всё тело предает его. Омега внутри него рвался наружу, чтобы молить о ласках этих крепких рук.

– Приятно познакомиться, – он шептал ему это прямо в ухо, отчего мурашки бежали по спине. – Меня зовут Рин Мацуока. Я приближенный нашего султана, – рука снова прошла по его бедру. – Ты правда девственник?

– Да. Могу я попросить вас не трогать меня? – неожиданно Рин разразился громким хохотом. «Ну хоть руки свои убрал».

– Конечно же, ты не можешь. Я имею право делать с тобой всё, что захочу. А если будешь задавать такие вопросы, то быстрее лишишься того, чем так дорожишь, – пошлая и такая раздражающая ухмылка исказила его лицо. – Хотя советую тебе быстрее смириться со своей участью, тебе же будет проще, – красноволосый откинулся спиной на простыни и продолжил. – А пока у меня есть другие, с кем можно позабавиться. Так что спокойно готовься к тому, чтобы меня принять.

Харука не отвечал ни на одну фразу хозяина, но его гордость была явно подбита. Он всё ещё не хотел мириться с тем, что забрали его свободу, хотя и понимал, что мало что может с этим сделать. Теперь его мнение никого не интересовало.

– Что мне теперь делать? – Нанасэ безразлично взглянул на Рина, отчего тот начал внимательно смотреть ему в глаза.

– А что ты хочешь?

– Я хочу уйти отсюда.

– Так иди. Далеко тебя правда не пустят, но до своей комнаты дойти сможешь спокойно, – красноволосый всё ждал, когда на лице Хару проявится хоть какая-нибудь эмоция, но ничего не происходило.

– Я не знаю, где это.

– Так тебя проводить? – Рин снова приблизился к Хару, почти соприкасаясь с ним губами и обжигая их своим горячим дыханием.

Ответа на его вопрос не последовало: испуганные глаза Нанасэ были направлены прямо на него, а короткие выдохи выдавали его волнение. Не сдержавшись, Мацуока подарил ему мягкий поцелуй, с каждой секундой стараясь углубить его. Но ему не дали руки на груди, что изо всех сил пытались его оттолкнуть. Это даже веселило его.

– Смеешь мне отказывать? – из горла вырвался глухой рык, но его собеседник не дернулся ни на миллиметр. Выражение его лица снова стало каменным и ничего не выражающим, но дыхание всё ещё было сбивчивым. Рин уткнулся в его шею, вдыхая мягкий и успокаивающий запах лаванды. – Когда у тебя течка?

– Что?! – красноволосый даже расплылся в ухмылке, когда понял, что смог снова пробить эту невозмутимую омегу.

– Неужели ты не просто девственник, но ещё даже течки никогда не было? – с каждой секундой этот альфа бесил Хару всё больше. – А поцелуй этот тоже первым был?

Заметив легкий румянец, который выступил на его мягких щеках, Рин снова вовлек его в поцелуй, но уже более страстный. Он мял его губы, слегка засасывая их, а руками забирался под шелка одежды. Хару, поглощённый запахом возбужденного альфы, не находил сил, чтобы сопротивляться, хоть и понимал, что раньше никогда бы никому этого не позволил. Но стоило только Мацуоке коснуться его ягодиц, как Нанасэ сразу же отпрянул от него. На дне его глаз виднелась злость, которая даже слегка пугала Рина, хотя лицо его всё ещё ничего не выражало.

– Пойдём, – красноволосый встал, утягивая за собой Хару, и направился в сторону большой двери.

Он вел его за руку пару минут, а потом остановился около очередного входа в какую-то комнату. Когда за ним Нанасэ увидел огромную кровать с лоскутными простынями, то внутри всё сжалось от страха. Рин подошёл к нему сзади, слегка прижимаясь к спине, и поцеловал в макушку, вдыхая запах его тела.

– Это твоя комната. Иди, иначе я трахну тебя прямо здесь, – Хару чувствовал стояк, который тёрся об него, и не мог сдвинуться с места.

Всё его нутро хотело податься назад, чтобы руки хозяина обвили его талию, а губы страстно впивались в шею, но разум толкнул его вперед. Стоило ему только переступить порог, как двери сразу же захлопнулись, а за ними раздался слабый рык. Харука постарался сделать вид, что не заметил этого, и начал осматривать предоставленную ему комнату.

Рин сидел в своих покоях, сжимая ягодицы очередного омеги, который так сладко выгибался в его руках и полностью насаживался на его член, издавая мягкие стоны. Однако всё это только бесило Мацуоку: перед его глазами всё ещё стоял его новый раб, а нос помнил великолепный запах его тела, который смешивался с отвратительным теперь запахом стонущего омеги. Раньше этот блондин был его любимым. Ему нравился его аромат, лёгкое мягкое тело и его постоянная радость, когда он приходил, но сейчас ему хотелось только Харуку. Хотелось до дрожи в коленках; так сильно, что он возбуждался от одной только мысли о нём.

И сейчас, заткнув противный рот блондина своим членом, он представлял, как Нанасэ делает это, а потом просит о том, чтобы Рин взял его. Хотелось даже не просто трахать его, а видеть, как он изгибается под его руками от удовольствия и молит о большем; хотелось провести с ним такие долгие ночи, чтобы потом не было сил вставать; хотелось спрятать его ото всех и любить.

Любить? Впервые в жизни он испытывал такие чувства и был в полной растерянности, не зная, что с ними делать. Желание идеального тела хлестало из него, и никакой другой омега не мог его удовлетворить. Мацуока чувствовал, как теряет остатки сознания и самообладания. Это всего лишь раб, он без проблем сможет получить его сердце и успокоить бушующие в себе чувства, что так не вовремя решили нарушить его спокойную жизнь.  

Свободный рабМесто, где живут истории. Откройте их для себя