8. ЗЛОПАМЯТКИ (ч.2)

Начните с самого начала

- Талия, поразившая тебя молния ударила от статуи Веиндора, а никто в Энхиарге не посмеет выдать свои действия за действия Милосердного! Это... это больше, чем предательство, это - верх кощунства. Если ты действительно слышала эти слова, значит, та жрица выполняла волю своего наэй. Тебе придётся с этим смириться. И о многом задуматься, - назидательно сказал Инон и едва не улыбнулся - облегчённо, торжествующе.

«Ну конечно, теперь всё встало на свои места, - подумал Ирсон. - Можно больше не терзаться выбором. Не гадать, кто прав - Талия или старые, мудрые, степенные жрецы. Искусительница повержена в прах. И там ей и место. Нечего смущать умы!»

От Талии тоже не укрылось выражение лица Инона. Поджав губы, она медленно встала, выпрямилась и глухо спросила:

- А кто же тогда этот «он», который меня защищает?

- Я, - ответил жрец.

- О, как же я не догадалась! Одурманенный ты. Несчастная жертва моего коварства. Только я что-то не заметила, чтобы ты помог мне избавиться от этого, - Талия ткнула пальцем в корку на своём боку, а потом резким движением отодрала её и сунула Энаору: - На, будешь на неё пиво ставить.

Спрятав сувенир в карман, эал обнял пошатнувшуюся Талию за талию и бережно поддержал её под локоть.

- Талия, ты же не думаешь, что «он» - это Веиндор? - прищурился Инон.

- Думаю. То есть я не считаю, что Веиндор помог мне одолеть заразу, но уверена, что эта тварь думает именно так.

Жрец покачал головой, глядя на Талию, как муж на жену-истеричку во время припадка: снисходительно-сочувственно и чуть брезгливо. И тут терпение у ан Камианки лопнуло.

- Знаешь, Инон, на этот раз ты меня достал. Пронял до самых печёнок. Пёс с ним, что ты отказался от меня. В конце концов, я тот ещё подарочек, но того, как легко ты отказался от нашего дела, я никогда забыть не смогу, - глядя в пол, проговорила она. - А это... это значит, что наши пути расходятся.

- Талия, как друг твой, как старший товарищ, я должен был сказать то, чего никто другой не скажет. Я всегда был снисходителен к твоим недостаткам - может быть, потому, что сам был не чужд многих из них, и, оправдывая тебя, оправдывал себя самого. Но сейчас, когда Веиндор явил мне истинную природу наших поступков, вразумить тебя - мой долг! - с прямо-таки отеческой теплотой сказал жрец, шагнув к алайке, но она отшатнулась, ткнувшись лопатками в грудь Энаора. - Это горькая обязанность, но с моей стороны было бы верхом малодушия пренебречь ею.

Кошка, которая умела плакать (Книги 1 и 2 + Аудиокнига)Прочитайте эту историю БЕСПЛАТНО!