Глава 2.3

338 33 4

У себя в комнате Гилморн разделся догола, облился холодной водой из кувшина, растерся полотенцем. Желание никуда не ушло, в крови все еще горел огонь, но от Амриса он оторвался без сожалений.

— Ты придешь еще? — спросил юноша. Гилморн ответил ему загадочной улыбкой и поцелуем. Ему так нравилось ощущать свою власть! Амрис отныне принадлежал ему. Ну, а он... наверное, он принадлежал Найре. Он ни на секунду не мог перестать думать о том, что она ждет его.

В открытое окно Гилморн видел, как большое красное солнце скатывается за верхушки деревьев. Еще полчаса — и стемнеет, и дверь ее спальни откроется для него... и будет открываться каждую ночь, если он сумеет доставить ей удовольствие.

Он оделся, тщательно переплел косички, растрепавшиеся во время постельных забав с Амрисом, и выскользнул за дверь. Ни одна живая душа не видела и не слышала, как леди Найравэль впустила его к себе.

Она была в полупрозрачной ночной сорочке, больше открывающей, чем скрывающей. Она робела, но Гилморн робел еще больше. Она взяла его за руку, он задрожал и закрыл глаза, чтобы не видеть, как ее темные соски просвечивают сквозь сорочку, но они все равно стояли у него перед глазами, и член у него стоял, как каменный. Она подвела его к постели и усадила на нее, села рядом, прижимаясь коленом, и стала расстегивать рубашку Гилморна. Он помогал ей непослушными пальцами, кусая губы, когда пряди ее волос легчайшими поцелуями касались кожи. Она задула свечу, сняла сорочку и легла на постель, потянув его за собой. Их тела встретились, нежной шелковистостью кожи, локонами волос, коленями, бедрами, плечами, локтями, ладонями, губами... Ее рот был таким нежным, мягким, сладким... дыхание пахло ванилью, волосы — молоком и медом, из ложбинки между грудями поднимался аромат мелиссы. Гилморн тонул, опьяненный, ошеломленный, очарованный. Она сама положила его руку себе на грудь, и сосок ее затвердел под ладонью. Это было как магия.

— Найра, Найра... — шептал он, задыхаясь, и желание раздирало его тело и туманило голову.

Она помогла ему расстегнуть штаны и направила его себе между ног. Гилморн застонал, чувствуя, как его обволакивает горячее влажное лоно, истекающее пряно пахнущим соком любви. Ощущения были совсем другие, чем с мужчиной — податливая плоть, скользкая влага, нежная кожа, мягкий живот, полушария грудей, округлые плечи... они двигались вместе, соприкасаясь всем телом, обнимая друг друга, ее бедра плясали под ним, ее рот вздыхал: «Эру... о Эру...» Она не кричала, не стонала, и какой-то частью сознания Гилморн понимал, что она изо всех сил сдерживает себя, и возбуждался еще сильнее. Излившись в нее, он бессильно упал сверху, пряча лицо на ее плече. Впечатления были столь яркими, что вымотали его совершенно. Она прижала к себе его голову, гладя по волосам, и столько было в ней нерастраченной нежности и любви, столько неутоленной жажды, что у Гилморна слезы подступили к глазам.

Ночи Средиземья. Похождения ГилморнаПрочитайте эту историю БЕСПЛАТНО!