Часть 4

613 50 6

Озабоченный состоянием Гилморна, я и не заметил, как пришла осень. Просто однажды вышел на галерею и увидел на склонах долины золото и багрянец, лишь кое-где перемежающийся зеленью сосен. Воздух был еще теплым, но уже приобрел ту особенную прозрачность, свойственную лишь имладрисской осени, и вода в потоках, струящихся по долине, изменила оттенок на стальной, более холодный. Дни были ясными, тихими и солнечными. В один из таких дней мы выбрались с Гилморном на лесную прогулку и отошли довольно далеко от жилья. Опасности не было никакой — наши разведчики неизменно доносили, что орки покинули склоны Туманных гор и забились в свои мерзкие норы под землей или откочевали подальше. И орки были последним, о чем бы мы вспомнили среди кленов и буков, пылающих, как свечи, в осеннем разноцветном уборе.

Мы ступали по ковру из желтых и красных листьев, и Гилморн, смеясь, собирал их и разбрасывал, а потом взялся плести венок. И золотые листья клена в его волосах были похожи на корону повелителя леса. Мы вышли к уединенной лесной заводи, берега которой и сама вода были засыпаны все теми же лоскутками осенней одежды деревьев. Был почти полдень, солнце уже сияло вовсю, и было порядком жарко, словно лето не спешило покинуть эти гостеприимные места. Я хотел предложить, чтобы мы освежились в заводи, но Гилморн меня опередил. С радостным криком он сбежал к воде и мигом скинул с себя тунику и рубашку. И раньше, чем мне пришло в голову, что следует отвести глаза, мой взгляд уже был прикован к его спине.

Я сразу понял, что это, потому что варварское искусство татуировки на коже было мне уже знакомо. Но я не мог поверить своим глазам. Неужели тело Перворожденного, эльда было осквернено изображением дракона?

Не замечая ничего, Гилморн разделся и бросился в воду. На мгновение передо мной мелькнули его стройные белые ноги и округлые ягодицы. Я даже успел разглядеть ямочки на них и, мигом покраснев, отвел глаза.

— Дэл, иди сюда, вода теплая! — крикнул он.

В ответ я пробурчал что-то невнятное, продолжая смотреть в землю. Казалось, у меня горят даже уши. Ни один эльда еще не представал передо мной совершенно обнаженным, хотя, конечно, в молодости я не раз представлял, как буду совлекать праздничные одежды с моей невесты на ложе любви, и нагие статуи все-таки видел...

Гилморн, видимо, понял причину моего смущения и облачился в штаны и рубашку, прежде чем подойти ко мне. Но это не слишком помогло. Одежда его намокла и прилипла к телу, обрисовывая все его изгибы. С волос струилась вода, под которой белоснежная ткань рубашки стала почти прозрачной. Я видел, как просвечивают сквозь нее розовые соски и впадинка пупка на плоском животе. И больно мне было думать, что привычка вот так бесстыдно обнажать свое тело, так же как и рисунок на коже, были омерзительным наследием Мордора. Я старался прогнать эти мысли, пока мы разводили костер и раскладывали припасы, но тщетно. Черный рисунок просвечивал через тонкую ткань, и когда Гилморн поворачивался боком, мне казалось, что дракон мне ухмыляется.

Ночи Средиземья. Похождения ГилморнаПрочитайте эту историю БЕСПЛАТНО!